Наша жизнь полна мифов, благодаря которым можно выдавать желаемое за действительное. Чаще всего они безвредны, но порой могут стать факторами, разрушающие отношения не только между людьми, но и целыми государствами. В таких случаях их необходимо развенчивать.
Одним из таких мифов стали многомиллионные инвестиции израильской металлургической компании Metal-Tech Ltd в узбекскую экономику. Их в январе этого года начали раздувать сразу несколько Интернет-источников, в том числе, и авторитетный сайт www.izrus.co.il, со ссылкой на агентство Рейтер и Business Financial Newswire.
В частности, издания утверждали, что: «как сообщает BusinessFinancialNewswire, несколько лет назад израильская компания Metal-Tech, специализирующаяся на переработке отходов металлургии и производстве сырья для тугоплавких металлов, вложила 20 млн. долларовв совместный проект с Узбекским комбинатом тугоплавких и жаропрочных материалов (УзКТЖМ). Созданная ими фирма UzmetalTechnologies, половина которой принадлежала израильтянам, в 2006 году была лишена властями Узбекистана права на получение молибденового сырья. Годом позже, суд в Ташкенте признал это предприятие банкротом, так как оно прекратило всю свою деятельность».
Несложное журналистское расследование, беседа с рабочими СП «УзметалТехнолоджи» и бывшими сотрудниками компании Metal-Tech в Ташкенте и Беер Шеве дало объективную картину того, как же на самом деле израильская компания Metal-Tech организовала свой бизнес в Узбекистане.
Все началось в конце 1998 года. Тогда Айк Розенберг — президент израильской фирмы, владеющей небольшим цехом в Беер Шеве по переработке фрезерных и токарных резцов с вольфрамовыми наконечниками, вышел с предложением к узбекскому правительству о постройке современного производства по переработке содержащих молибден отходов медного производства Алмалыкского горно-металлургического комбината. В это время в Чирчике работал комбинат тугоплавких и жаропрочных материалов (УзКТЖМ), который производил из медных отходов производства на АГМК различные изделия из молибдена. Промежуточным продуктом этого производства является трехокись молибдена, выработка которой на УзКТЖМ велась по устаревшему и малоэффективному способу. Поэтому предложение Айка Розенберга пришлось, что называется «ко двору». Способствовало будущему партнерству и то, что в это время отношения между Израилем и Узбекистаном начали развиваться по восходящей и инициатор проекта эффективно использовал многочисленные преимущества, предоставленные израильскому бизнесу в Узбекистане.
А теперь подробнее о денежных вложениях израильских предпринимателей. Под ТЭО, разработанное компанией Metal-Tech, Министерство финансов Узбекистана передало израильской стороне Правительственную гарантию, под которую израильский банк Леуми, выдал кредит узбекскому Национальному банку в объеме 17,5 миллиона долларов США в рамках межправительственного соглашения между Израилем и Узбекистаном для строительства современного цеха по производству трехокиси молибдена в городе Чирчике.
Гарантия была застрахована израильской страховой компанией Ифтрик. Кредит Национального банка Узбекистана — 17,5 миллиона долларов сроком на 5 лет со льготным периодом в 18 месяцев получило вновь созданное узбекско-израильское СП «УзметалТехнолоджи». При этом уставный фонд нового предприятия составил всего 1 миллион долларов — 50% суммы принадлежало Metal-Tech, а остальные 50% были поделены между АГМК и УзКТЖМ. Возникает вопрос о том, откуда же вышеупомянутые СМИ взяли цифру в 20 миллионов, якобы вложенную в проект Metal-Tech? Ведь на деле объем их доли в СП составил лишь 500 тысяч долларов и ни центом больше.
Стоит отметить, что СП на первом этапе столкнулось с некоторыми технологическими трудностями — ведь у Metal-Tech не было опыта строительства подобных предприятий. Узбекский банк оказывал всяческое содействие молодому производству. И не только банк, но и узбекские учредители СП и узбекское правительство своим специальным постановлением создало для СП «УзметалТехнолоджи» льготные, фактически «тепличные» условия для работы. Постепенно дела пошли вверх — сказался резкий рост цен на молибден на мировом рынке, превысивший все прогнозы ТЭО. СП закрепило свои позиции и вовремя выполнило свои кредитные обязательства перед Национальным банком Узбекистана.
Потом у предприятия начались сложности. В ходе первой же плановой проверки деятельности СП в начале 2005 года была выявлена порочность схемы деятельности предприятия. Согласно договоренности с учредителями, руководство СП «УзметалТехнолоджи» было израильское — генеральный директор и его три заместителя по производству приехали в Ташкент из Израиля. Готовую продукцию СП скупал израильский учредитель — компания Metal-Tech. В дальнейшем товар перепродавался потребителям в США, Европе и Японии. Сравнение цен, по которым Metal-Tech покупал трехокись молибдена на предприятии в Узбекистане и ценам, сложившимися на мировом рынке обнаружили разницу, которая за период 2002-2005 годов составила 14,5 миллионов долларов. Конечно, посредник в бизнесе получает определенный процент свою деятельность, но ведь 14,5 миллионов долларов недополучило СП, которое, в свою очередь, не уплатило с этой суммы налоги, да и узбекские соучредители остались без своей доли прибыли от деятельности предприятия.
Эта схема с точки зрения Айка Розенберга выглядела безупречной. Израильский менеджер заключал заведомо невыгодные сделки СП со своим босом в Беер Шеве. Господин Хаим Креспел не только руководил СП в Узбекистане, но и являлся штатным сотрудником компании Metal-Tech. Дельта садилась в компании Metal-Tech, которая после успеха в Ташкенте, реконструировала свой маленький цех в Израиле, превратив его в более современное производство. Аналогичный проект, более значительный по масштабу, Айк Розенберг начал реализовывать в Монголии. И вот некогда никому не известная компания Metal-Tech превращается в солидную фирму, чьи акции выставляются на лондонской бирже.
То есть все было «в шоколаде», если бы не проверка в Узбекистане, которая привела к возбуждению уголовного дела. Генеральный директор Хаим Креспел в связи с болезнью срочно улетает в Тель Авив. У предприятия появляются непреодолимые сложности — льготы, определенные правительством на первые 5 лет деятельности СП, завершились. Например, производство лишилось монопольного права на покупку сырья у АГМК. Да, еще как назло аналогичные проблемы сваливаются на предприятие Metal-Tech и в Монголии. В общем, счастье Айка Розенберга было не очень долгим. Ставший вице-президентом компании зять Розенберга берет бразды управления Metal-Tech в свои руки. Отстранив прежних управляющих от работы, он пытается поправить пошатнувшееся финансовое положение фирмы своего тестя судебным иском против узбекского правительства.
Сегодня, к сожалению, отношения между Израилем и Узбекистаном далеко не самые безоблачные, но в действиях сторон явно прослеживается желание это диалог наладить. Улучшению отношений между двумя странами мог бы способствовать успех в совместных, взаимовыгодных экономических проектах. И напротив, несправедливый иск, озвученный вице-президентом компании Маян Бар в СМИ, не совсем четко представляющей где находится Узбекистан, зато прекрасно информированной о том, как г-н Айк Розенберг заработал свои деньги в Ташкенте, совсем не будет способствовать конструктивному развитию этих отношений.
Уголовное дело, возбужденное Генеральной прокуратурой Узбекистана в отношении руководства СП «УзметалТехнолоджи» за совершение сделок, заключенных против интересов предприятия, в 2006 году было приостановлено, но к судебному разбирательству в Вашингтоне, инициированным Metal-Tech, уголовное дело против Хайма Креспела будет возобновлено.
Но, до этого ли Айку Розенбергу и его зятю?! Им ведь надо попытаться что-нибудь подзаработать и «срубить» с узбекского правительства денег…

Абрам Ягудаев.
Ташкент – Тель-Авив - Беер Шева.